ВИДЕТЬ ПЕРСПЕКТИВУ

Запись на прием Запись на платные услуги Оставить отзыв Принять участие в онлайн опросе
Главная - Сми о нас - Видеть перспективу

Видеть перспективу

persp2

27.04.2016

Именно это качество отличало Максима Буйлина, возглавлявшего Республиканскую клиническую больницу с 1968 по 1986 год. Благодаря его усилиям была выстроена клиника в её современном виде, заложены структуры и основы организации. Выращенные им кадры заведующих отделениями и специалистов долгие годы определяли лицо главной больницы Татарстана.

 

Уравнение со всеми неизвестными

На удивление мало информации про Максима Буйлина можно найти в открытых источниках. Собственно всё, что удалось обнаружить, — перепечатки абзаца из книги П.Я. Павлухина «История медицины Татарстана в лицах», вышедшей в Казани в издательстве «Медицина» в 1997 году:

«Максим Викулович Буйлин (1930–1996), хирург, кандидат медицинских наук (1977), заслуженный врач Татарской АССР (1967). После окончания КГМИ в 1957 г. был направлен врачом-хирургом в Сабинский район, а в 1958 г. назначен главврачом Пестречинского района, где проработал 10 лет. В 1968 г. назначен главврачом Республиканской клинической больницы, работал в этой должности до 1986 г. С 1986 г. до 1993 г. работал главврачом санатория в Марийской АССР и главврачом санатория-профилактория Министерства бытового обслуживания ТАССР».

Но люди, которые знали и работали вместе с Максимом Викуловичем, отзываются о нём как о талантливом руководителе, успешном организаторе здравоохранения, оказавшем большое влияние на развитие отрасли в целом. Надеемся, что данная публикация послужит исправлению существующего пробела.

 

Штрихи к портрету

Раиса Гуслякова, заместитель главного врача РКБ МЗ РТ по медицинской части:

«Максим Викулович был человеком высокого роста, сухощавым. Он родом из Чувашии, из-под Ардатова. В тех местах люди вообще очень рослые, в старые времена оттуда набирали солдат в гренадёрские полки. Вот и он был таким гренадёром, впитавшим этнопсихологию своего народа. Он был достаточно упрямый, настойчивый, трудолюбивый, устремлённый к познанию нового».

 

 

Габдульбар Галлямов, бывший главный врач Алексеевской ЦРБ:

«Он был немногословным. Если уж скажет, так скажет — попадёт прямо в точку. И всегда говорил конкретно, был очень требовательным, с одного взгляда было понятно, что этот человек обладает огромным организаторским опытом».

Леонид Рыбкин, бывший заместитель главного врача РКБ по оргметодработе, ныне заведующий оргметодотделом РКБ МЗ РТ:

«С Максимом Викуловичем к нам пришёл принцип, который по его предложению был даже отображён на специальных табличках: «Кто хочет сделать — ищет средство. Кто не хочет делать — ищет причину». И это стимулировало нас искать возможности, а не ждать, пока тебя попросят или прикажут».

 

Человек дела

Фиркат Галимов, бывший главный врач Спасской (Куйбышевской) ЦРБ:

«Максима Викуловича я знаю с 1966 года. Он был тогда главным врачом в Пестрецах. Хорошо зарекомендовал себя, строил ЦРБ, многое сделал для района. И когда стали искать нового руководителя для республиканской больницы, который мог бы взяться за большое строительство, он оказался самой подходящей кандидатурой. Строить в то время было очень сложно, неимоверно сложно. И деньги искать, и в план включить, документацию сделать — всё через Москву. Но он это выдержал и построил отличную больницу».

 

 

Республиканская клиническая больница была создана в 1953 году на базе переданных в Минздрав ТАССР «старых» и «новых» клиник Казанского медицинского института, так что её подразделения были разбросаны по центру города, от улицы Университетской до улицы Волкова. Разумеется, руководить этим хозяйством было трудно, а говорить о развитии и вовсе не приходилось. Для создания нового комплекса РКБ был выбран типовой проект больницы на тысячу коек, разработанный ГипроНИИздравом в 1965 году.

Леонид Рыбкин:

«Практически одновременно началась всесоюзная стройка по созданию автогиганта КамАЗа, и все ресурсы республики стали уходить на неё. Поэтому строительство больницы растянулось на долгие 14 лет. Показательный факт. Во время строительства нулевого цикла был необходим фундаментный кирпич. Когда главврач обратился за ним в соответствующие инстанции, ему было предложено взять опытную партию кирпича, выпущенную только что построенным заводом, или ждать того момента, когда КамАЗу перестанет быть нужным фундаментный кирпич. Девятиэтажное здание больницы и по сей день стоит на этом кирпиче и не шелохнётся».

Больница вводилась в эксплуатацию в три этапа. В 1978 году были введены в эксплуатацию пятиэтажное здание консультативной поликлиники, хозяйственные корпуса, гараж, патанатомический корпус. В октябре 1982-го завершилось строительство основного девятиэтажного здания и ряда сооружений, которые входили в комплекс его обслуживания. 7 января 1983 года был сдан двухэтажный корпус, где разместились организационно-методический отдел, отдел АСУ, библиотека, спортивный зал и конференц-зал.

 

Заглянуть за горизонт

Евгений Карпухин, заместитель главврача РКБ по ГО, впоследствии главный врач ДРКБ:

«Я считаю, что Максим Викулович был одним из самых заметных и крупных организаторов здравоохранения в нашей республике. Он обладал огромным тактическим и стратегическим мышлением. Оно выразилось, прежде всего, в создании специализированных отделений и приёмов поликлинического характера, ведь время общей медицины уже уходило. Создание новых отделений требовало грамотной кадровой политики. Ему удавалось из приходившей после мединститута молодёжи выделить перспективных людей и вырастить из них хороших специалистов, сильных заведующих.

Раиса Гуслякова:

«Он очень много читал и интересовался, что читаю я. Это он посоветовал мне «Человеческую комедию» Бальзака, в которой я нашла основополагающие жизненные принципы. Он обязал руководящий состав больницы читать книги Терещенко по искусству управления. И мы знали, что только 40 % работы руководителя должна составлять прикладная деятельность, а 60 % — концептуальная, генерация новых идей. У Буйлина были элементы настоящей интеллектуальной демократии».

Леонид Рыбкин:

«Самое интересное в Максиме Буйлине было его умение заглянуть за горизонт. Задолго до окончания строительства, в 1978 году, он дал мне поручение разработать структуру коечного фонда новой больницы на 1000 коек. Никаких подобных нормативов тогда ещё не было, и я четыре месяца ходил по библиотекам Минздрава, мединститута, ГИДУВа, были даже поездки в Москву за информационными материалами. Обоснованная нами структура отделений, включающая специализированные терапию и хирургию, была поддержана Минздравом РСФСР и рекомендована как типовая для всех подобных больниц. Бывало, я и другие замы получали от главврача задания подготовить какие-то справки или подборки материалов, в которых сиюминутной необходимости не было, — своего рода «работа в стол». Но вдруг через 4 — 6 месяцев из вышестоящих инстанций приходило требование подготовить такой материал. Все соседи засучивали рукава и начинали лихорадочно что-то изобретать, а нам необходимо было только вытащить папку из стола».

После утверждения профилей коечного фонда будущего стационара, начиная с 1979 года, внутри больницы стали формироваться микроколлективы будущих отделений, проводилась подготовка специалистов на базах ведущих научных центров СССР. Таким образом, различные службы сразу после ввода здания в эксплуатацию начали работу в полном объёме. О том, насколько точно тогда был проведён подбор кадров, свидетельствует тот факт, что многие из этих специалистов долгие годы работали на своих должностях, а часть из них продолжают до сего дня возглавлять службы больницы.

Раиса Гуслякова:

«Он строил типовую больницу, но всё равно она получила собственное лицо. Того красивого литого забора, который сегодня нам привычен, в проекте не было — был деревянный, но тогда это была бы совсем другая клиника. В плане не было, чтобы в каждой палате был свой туалет. Пришлось преодолевать многие препоны, добывать дополнительное финансирование, изменять проект. Но он добился своего. А представьте, если бы в коридоре на 48 палат была бы только один туалет!»

С 1982 года активно начались процессы освоения имеющегося оборудования и внедрения новых современных технологий, что позволило РКБ занять лидирующие позиции в здравоохранении республики, создать на своей базе отдельные республиканские и региональные (межреспубликанские, межобластные) медицинские центры. Вся эта работа проводилось в творческом контакте и содружестве с клиническими кафедрами Казанского государственного медицинского института и Казанского государственного института усовершенствования врачей, расположенных на базе больницы.

 

 

В интересах сельского здравоохранения

Леонид Рыбкин:

«Буйлин пришёл в РКБ из Пестрецов, поэтому при нём больница отличалась особенной активностью в отношении сельского здравоохранения. Мы выезжали бригадой врачей или индивидуально, старались научить районы видеть в нас не контрагента, а помощника. Мы объясняли коллегам, что к чему, проверяли документацию, делали обходы больных — в интересах развития службы, утверждения идеологии преемственности. Иногда это делалось по поручению Минздрава, в других случаях инициатором был Буйлин. На каждом заседании коллегии министерства или совещании в РКБ, как правило, заслушивался вопрос о состоянии такой-то службы в таком-то районе. Мы готовили содоклад к докладу главного врача района. Шло деловое обсуждение, направленное на улучшение работы».

Габдульбар Галлямов:

«В 1975 году мне пришлось подготовить доклад и выступить перед главными врачами районов, городов ТАССР с информацией о состоянии поликлинической работы. И в этом тоже была роль РКБ в воспитании меня как организатора здравоохранения. К нам часто приезжало руководство больницы. Если были какие-то замечания, то вопрос выносили на конференцию врачей и разбирали коллегиально. Они нас учили, держали нашу работу под контролем. Помощь РКБ была особенно необходима в обеспечении медицинской аппаратурой, в организации медицинской помощи населению, особенно специализированной помощи».

Наиль Садыков, бывший директор Казанского медицинского училища, заместитель Министра здравоохранения РТ:

«Максим Викулович активно помогал строительству в районных больницах. В частности, он принимал непосредственное участие в подготовке к открытию Буинской ЦРБ в 1980 году. Он тогда был на пике славы. У него был авторитет на уровне заместителя министра, все его уважали, главные врачи обращались за той или иной помощью. Но характер у него был нордический, неповторимый».

Леонид Рыбкин:

«В 1973 году с подачи Максима Викуловича была разработана и внедрена система межрайонных центров. В более развитых больницах создавались центры по урологии, неврологии, отоларингологии или офтальмологии — по тем разделам, которые были недостаточно представлены на селе. Больницы соседних сельских районов с менее развитым здравоохранением могли посылать своих больных к ним на консультацию. Для многих пациентов это было решением всех вопросов. Другая часть больных из этих межрайонных центров или напрямую могла направляться в РКБ».

Фиркат Галимов:

«Он был очень порядочным, доброжелательным и отзывчивым человеком. Главврачам ЦРБ приходилось много ездить. Зимой добирались до Казани самолётом, летом ходил пароход. Если погода нелётная, в аэропорту сидели сутками, неизвестно, когда приедешь. Зайдёшь к нему: «Максим Викулович, не сможешь ты меня отправить хотя бы до переправы?» Он всегда давал машину. А если самолёты летают, опять к нему: «Максим Викулович, санитарный самолёт не полетит через наш город? Я бы даже на парашюте спустился». И это он тоже решал».

Раиса Гуслякова:

«В перестроечные времена в стране стало модно выбирать руководителей. В итоге Буйлин вынужден был уйти с этой должности. Но так как эта больница была его детищем, он очень переживал из-за этого ухода. С.В. Абуладзе, который пришёл на его место, относился к нему с большим уважением, и когда Максим Викулович заболел пневмонией, Абуладзе мне сказал: «Обязательно поезжайте и полностью контролируйте процесс лечения». Я к нему ездила почти месяц, и тогда нам удалось его спасти. К сожалению, очень многие наши главные врачи рано уходили из жизни. И Р.Г. Фатихов, и С.В. Абуладзе, и М.В. Буйлин. Они полностью отдавали себя работе, каждый внёс свою лепту в развитие больницы в меру сил и возможностей, в меру политической обстановки и экономической ситуации в стране».

Максим Буйлин ушёл из жизни в 1996 году. Но как много он успел сделать за свои 66 лет! Он остался в памяти коллег и пациентов, в традициях Республиканской клинической больницы, в камне её зданий, в аллее красавиц елей у главного входа. Остался в истории.

журнал «Healthy Nation»

выпуск 1 (24)

апрель 2016

http://www.healthynation.ru/component/content/article/84-aprel-2016/983-videt-perspektivu

Если у Вас есть вопросы, замечания или предложения по работе ГАУЗ “РКБ МЗ РТ” в целом или отдельных сотрудников - заполните специальную форму, представленную ниже. Все ваши вопросы, предложения и претензии будут рассмотрены администрацией в обязательном порядке. Поля, отмеченные * обязательны к заполнению.



Я даю согласие ГАУЗ «РКБ МЗ РТ» , находящемуся по адресу: Республика Татарстан, г. Казань, Оренбургский тракт,138 , на обработку и публикацию моего сообщения в изложенной выше редакции на сайте ГАУЗ «РКБ МЗ РТ» www.rkbrt.ru, в корпоративной газете клиники, тематических интернет порталах и на официальных страницах группах/сообществах ГАУЗ «РКБ МЗ РТ» в социальных и медиа сетях: Facebook, Twitter, ВКонтакте, Одноклассники, Livejournal. Настоящее согласие действует со дня его подписания до дня отзыва в письменной форме.
ОТПРАВИТЬ